КОЛЛЕГИЯ АДВОКАТОВ
Адвокатская палата
Новосибирской области*
630008, г. Новосибирск, ул. Кирова, д. 48,
офис 604, тел. (383) 349-51-20
email: zhukov-partners@mail.ru
Главная \ Наши публикации и комментарии СМИ \ Г.В. Жукова, М.Ю. Пузырева (Мальцева). "Коллизионная защита"

Наши публикации и комментарии СМИ

Г.В. Жукова, М.Ю. Пузырева (Мальцева). "Коллизионная защита"

Г.В. Жукова, М.Ю. Пузырева,
адвокаты коллегии адвокатов
«Жуков и Партнеры» г. Новосибирска.

Коллизионная защита

Четкого юридического понятия коллизии в советском праве никогда не было. Отсутствует оно и сейчас. Упоминание о таком юридическом понятии можно обнаружить лишь в международном частном праве, да и то там о коллизии указано два слова – «коллизионная норма». Поэтому, чтобы понять внутреннее содержание этого понятия следует обратиться к словарю русского языка С.И. Ожегова, в котором коллизия определяется как столкновение каких-нибудь противоположных сил, интересов, стремлений (Словарь С.И. Ожегова, 19-е издание, исправленное, 1987 г.).

Такое определение коллизии представляет интерес не в чисто теоретически-правовом смысле, поскольку мы не намерены исследовать проблемы теории права в этом вопросе, и не для понимания проблем нормотворческой деятельности, а также  не для получения представления в вопросах  практики применения противоречивых норм какого-либо права.

Сегодня, когда жизнь сложна и многогранна, а юридическая деятельность извилиста как само российское законодательство, работа адвоката усложнилась  многократно. Представляется, что сейчас адвокату недостаточно  знать, что ему можно, а что нельзя. Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», а также разработанный самой адвокатурой Кодекс профессиональной этики адвоката, призваны поднять престиж адвокатуры, социально-общественный и профессиональный статус адвоката. Однако, по нашему убеждению, они не дают ответы на то многообразие вопросов, которые возникают в адвокатской деятельности. Заполнить имеющийся вакуум призваны органы адвокатского сообщества России в лице Федеральной палаты адвокатов и региональных адвокатских палат. Но, представляется, этого недостаточно. Они развивают практику квалифицированной защиты, однако нельзя забывать и о развитии теории защиты, которую следует внедрять в практическую деятельность. Благо, возможности к этому у российской адвокатуры есть. В частности, активно действует Российская академия адвокатуры, в некоторых юридических вузах преподают курс по адвокатуре, изданы несколько учебников.

Тем не менее, продолжают существовать проблемные вопросы теории и практики квалифицированной защиты, поскольку ликвидировать  за 4  года тот застой юридической мысли, который имел место в постсоветское время, физически невозможно. Одной из таких проблем и является коллизионная защита. Особая актуальность  развития теории и практики коллизионной защиты заключается в том, что сама коллизия, как правило, наносит большой ущерб судьбам подзащитных и достоинству адвокатуры.

Определяя понятие коллизии в адвокатской деятельности, важно, прежде всего, определить, каковы должны быть взаимоотношения между доверителем и адвокатом, ведь несовпадение их позиций есть своеобразная форма коллизии. Кто сегодня из адвокатов не сталкивался с такой проблемой, как  выдвижение подзащитным не реальной с правовой точки зрения цели, или желания не правовым путем решить проблему, или использования такой тактики защиты, которая противоречит как закону, так и нормам профессиональной этики адвоката? Нередки случаи, когда доверитель  настаивает на заявлении ходатайств о прекращении уголовного дела, об отводе следователю или судье, о рассмотрении дела судом в составе присяжных заседателей, о постановке конкретных исковых требований  и пр., когда правовых оснований к этому не имеется. Хорошо, если доверитель выслушал разъяснение или совет и согласился. Несогласие же, как раз и влечет к возникновению коллизии.

Рассуждая на указанные темы коллизионной защиты, мы вольно или невольно сталкиваемся с вопросами профессиональной этики адвокатской деятельности, которая, по нашему убеждению, должна стать определяющим критерием в выборе тактики защиты и технике ведения дела. Мы не намерены акцентировать внимание на те  бесспорные предписания адвокату о недопущении поддержки стремления подзащитного к незаконным способам защиты, расхождения их  правовых позиций (за исключением случаев, при которых адвокат обосновывает необходимость применения закона о менее тяжком преступлении), ухудшения положения подзащитного или ведения защиты исходя из собственных интересов.

В адвокатской практике существуют более сложные вопросы, связанные с неопределенностью как наличия реальной коллизии и определением ее пределов, так и выработкой средств и способов ведения защиты в условиях неустранимой коллизии. Например, в нашей адвокатской практике имелись случаи, когда подзащитные настаивали на явно необоснованных ходатайствах, или сами заявляли их, требуя от адвокатов их поддержки. Ясно, что в подобных случаях адвокат зависим от позиции своего подзащитного, но поддержка такой позиции придает защите чисто формальный характер, поскольку представители стороны обвинения и суд понимают, что адвокат, поддерживая в этом подзащитного,  вовсе  не убежден или не может быть убежден в этом. На деле фактически получается вред интересам профессиональной защиты.

А.Ф. Кони считал, что «расхождения адвоката со своим подзащитным возможны в вопросах правовой оценки фактов и по вопросам применения отдельных процессуальных средств защиты»  (А.Ф. Кони, «Нравственные начала в уголовном процессе», М., 1956 г.). Таким образом, в дореволюционное время такая коллизия между адвокатом и его доверителем допускалась.  Нынче же, адвокату запрещается занимать по делу позицию, противоположную позиции доверителя, и действовать вопреки его воле, за исключением случаев, когда адвокат-защитник убежден в наличии самооговора своего подзащитного (подпункт  3  пункта   1  ст.  9   Кодекса    профессиональной    этики    адвоката).

И исключений в этом правиле: по правовым или процессуальным вопросам не допускаются расхождения,  не делается.

Кроме вреда профессиональной защите такое правило влечет и чувство неудовлетворенности у адвоката, который, понимая незаконность или необоснованность происходящего, чувствует себя «не в своей тарелке». Одновременно подобные ситуации не способствуют профессиональному признанию адвоката  другими участниками судебного процесса, суда  и иными заинтересованными лицами. Например, как будет выглядеть адвокат, когда он по просьбе подзащитного ходатайствует о прекращении уголовного дела за примирением сторон в случаях, не предусмотренных законом?

По нашему мнению, в таких случаях необходимо принимать все возможные меры для того, чтобы избежать столкновений, чтобы разногласия между доверителем и защитником не приводили к кардинальным расхождениям между их основными позициями. Для этого адвокат должен попытаться разъяснить подзащитному всю ошибочность его позиции. Но что делать, если доверитель не прислушивается к такому совету и продолжает настаивать на своем? Адвокат независим от доверителя в выборе средств и методов защиты, но в то же время защитник как представитель обвиняемого должен все свои основные процессуальные действия согласовывать с подзащитным и учитывать его мнение. Поэтому считаем необходимым для того, чтобы разрешить возникшую коллизию, нужно оформлять такие ходатайства от имени доверителя.

Эти случаи можно назвать издержками нашей профессии, хотя их пытаются обосновать высоким предназначением адвокатуры как института, защищающего права и свободы граждан. Однако профессиональная защита ничего общего не имеет с правозаступничеством, осуществляемым разными общественными организациями,  действия которых не связаны с  применением материального и процессуального права.

В адвокатской среде часто приходится слышать и о случаях возникновения противоречий в групповых делах. Такие противоречия возникают не только между доверителями. Это явление опаснее, когда на основе таких противоречий возникает столкновение интересов между адвокатами. В целях устранения или уменьшения ответственности доверителей их адвокаты строят защиту «за счет» других обвиняемых или подсудимых, неизбежно вступая в конфликт с их адвокатами.

Такие ситуации на руку представителям стороны обвинения, которые порой сами и являются инициаторами их возникновения. И как зачастую бывает, никто со стороны защиты от этого не выигрывает. Если и случаются успехи во благо отдельных лиц, то делается это в ущерб имиджу адвокатуры. В этом проявляется еще одна форма коллизии защиты – возникновение противоречий между интересами защиты конкретной личности и корпоративными интересами. Впрочем, эта коллизия мнимая, поскольку при оказании квалифицированной юридической помощи такой быть не должно.

По нашему мнению, искусство защиты по групповым делам  как раз и заключается в умении найти убедительные доводы в пользу своего подзащитного, не содействуя при этом отягощению вины других обвиняемых. Еще на ранних стадиях защиты адвокат должен определить, имеется ли в данном деле коллизия, в чем ее сущность и какие меры следует  принять, чтобы устранить противоречия. Поэтому крайне важно совместное обсуждение между адвокатами позиции по делу с тем, чтобы по возможности выработать единую линию защиты. Если уже нельзя устранить противоречия, то следует стремиться, чтобы, по крайней мере,  не обострять их, а тем более, не создавать новые.

В то же время мы понимаем, что в адвокатской практике имеются случаи, когда коллизия не устранима. Каковы же основания и пределы ведения защиты в таких условиях? По нашему глубокому убеждению, всякие действия защитника против других обвиняемых оправданы лишь тогда, когда без этого не может быть осуществлена в полном объеме защита своего доверителя.  Действия адвоката в этом случае являются вынужденными, однако он тем самым выполняет свой  профессиональный долг перед подзащитным. Иначе он поступить не может, ибо в противном случае он не только не поддерживает версию своего доверителя, но и тем самым  оставляет его без защиты.

При противоречивых интересах обвиняемых большое значение имеет внешняя форма поведения адвокатов как к другим обвиняемым, так во взаимоотношениях со своими коллегами. Сдержанность, чувство меры и такта, корректность – это те основные параметры этического поведения адвоката,  без соблюдения которых не может быть осуществлена профессиональная защита в условиях реальной коллизии.

Читайте также: Все статьи